Джоаккино Россини

Арестант

есмотря на то, что Россини писал очень быстро, бывали случаи, когда он не успевал закончить партитуру в срок. Так было и с увертюрой к опере "Отелло": премьера на носу, а увертюры все еще нет! Директор театра "Сан-Карло", не долго думая, заманил композитора в пустую комнату с решетками на окне и запер Россини, оставив ему лишь тарелку со спагетти, и пообещав, что пока не будет последней ноты увертюры, Россини не выйдет из своей "тюрьмы" и не получит еды. Сидя взаперти, композитор очень быстро закончил увертюру.
Так же было и с увертюрой к опере "Сорока-воровка", которую он сочинял в тех же условиях, запертым в комнате, причем сочинял ее в день премьеры! Под окном "тюрьмы" стояли рабочие сцены и ловили готовые листы с нотами, затем бежали к нотным переписчикам. Разъяренный директор театра приказал людям, охранявшим Россини: если листы нотной партитуры не будут выбрасываться из окна, тогда из окна вышвырните самого композитора!

Шутник

оссини был в гостях у одного барона. Среди приглашенных находился также Альфред де Мюссе. Его попросили прочитать что-нибудь, и Мюссе прочитал свое новое стихотворение "Не забывай". Тогда Россини, обладавший феноменальной памятью, решил подшутить над поэтом и как бы невзначай спросил:
- Чьи это стихи? Я что-то не припомню автора...
- Ваш покорный слуга, - ответил Мюссе.
- Да полноте, - лукаво сказал Россини, - я их еще в детстве знал наизусть.
И без малейшей запинки, слово в слово, повторил только что услышанное стихотворение Мюссе.

Этот разбойник Россини

ивя в молодости в Болонье, Россини написал революционную песню, воодушевлявшую итальянцев на борьбу за освобождение от австрийского ига. Молодой композитор понимал, что после этого эму вовсе не безопасно оставаться в городе, занятом австрийскими войсками. Однако уехать из Болоньи без разрешения австрийского коменданта было невозможно. Россини пришел к нему за пропуском.
- Кто вы? - спросил австрийский генерал.
Композитор назвал первую попавшуюся фамилию и добавил:
- Я музыкант и композитор, только не такой, как этот разбойник Россини, который сочиняет революционные песни. Я люблю Австрию и написал для вас бравурный военный марш, который вы можете дать разучить вашим военным оркестрам.
Россини отдал генералу ноты с маршем и получил взамен пропуск.
На другой же день марш был разучен, и австрийский военный оркестр исполнил его на площади Болоньи. А между тем это была та же революционная песня.
Когда жители Болоньи услышали знакомый мотив, они пришли в восторг и тут же подхватили его. Можно себе представить, как был взбешен австрийский генерал и как он сожалел, что композитор уже за пределами Болоньи.

"Солист"

днажды Россини присутствовал на представлении оперы Моцарта "Дон Жуан", где одну из главных партий исполнял знаменитый тенор Рубини.
Рядом с Россини сидел какой-то молодой человек, который довольно громко подпевал артисту, мешая соседям слушать оперу.
- Какой все-таки мерзавец! - довольно громко возмутился Россини.
- Это вы по моему адресу? - обиженно спросил юноша.
- Нет-нет, что вы!... - язвительно отозвался композитор, - это я по адресу глупого Рубини, который мешает нам слушать ваше чудесное пение!

Как обращаться с Фортуной

аэстро, вам все в жизни дается легко: слава, деньги, любовь публики!.. Признайтесь, как вам удалось стать любимцем Фортуны? - задал однажды Россини вопрос какой-то журналист.
- Действительно, фортуна любит меня, - с улыбкой отвечал Россини, - но лишь по одной простой причине: фортуна - женщина и презирает тех, кто робко клянчит ее любви. Я же не обращаю на нее внимания, но при этом крепко держу эту ветреницу за подол ее роскошного платья!..

Ох, уж эти ножки!..

наменитый балетмейстер Вигано придумал не заказывать музыку для своих балетов, а воспользоваться мелодиями из прославленных опер Россини. Балеты получились отменными и имели потрясающий успех. Однако после этого оперы Россини с той же музыкой перестали пользоваться популярностью...
- Этот негодяй Вигано убил мою музыку! - возмущался Россини. - Теперь публика не желает слушать мои оперы, ей больше нравится глазеть на ножки балерин, причем под мою же музыку!

Ужасная цена

рать уроки у знаменитого Россини мечтали многие весьма состоятельные люди. Исключительно ради того, чтобы отпугнуть нежеланных учеников, ленивый маэстро имел обыкновение заламывать за свои музыкальные консультации невиданно высокие цены. Однако богатые стареющие дамы с радостью платили требуемую сумму. Россини по этому поводу говорил:
- Хочешь - не хочешь, а приходится богатеть... Но какова цена!
- Да, деньги они вам платят огромные!
- Ах, я не об этом! Что там их деньги!.. Если бы хоть кто-нибудь знал, какие муки приходится мне терпеть, слушая голоса этих престарелых певиц, которые скрипят, будто несмазанные дверные петли!

Молниеносная оценка

днажды к Россини пришел молодой человек с толстыми фолиантами музыкальных партитур под мышкой. Молодой композитор сказал:
- Дирижер обещал исполнить одну из моих двух симфоний. Я хотел бы их проиграть, маэстро, и узнать, какая из них лучше.
Молодой человек сел за фортепиано, но после первых же тактов Россини встал, захлопнул партитуру и, похлопав автора по плечу, сказал:
- Та, другая, молодой человек, та, другая - лучше! - и Россини быстро вышел из комнаты.

Злодей

днажды в Париже под окнами дома, в котором поселился Россини, раздались в высшей степени фальшивые звуки старой шарманки. Только потому, что одна и та же мелодия повторялась несколько раз, композитор вдруг с изумлением узнал в ней невероятно искаженную тему из увертюры к опере "Вильгельм Тель".
До крайности рассерженный, он открыл окно и хотел было приказать шарманщику уйти, но тут же передумал и весело крикнул уличному музыканту, чтобы тот поднялся наверх.
- Скажи-ка, приятель, не играет ли твоя замечательная шарманка что-нибудь из музыки Галеви? - спросил он у шарманщика, когда тот появился в дверях.
- Еще бы! "Дочь кардинала".
- Отлично! - обрадовался Россини. - А ты знаешь, где он живет?
- Конечно. Кто в Париже этого не знает?
- Прекрасно. Вот тебе франк. Пойди и сыграй ему его "Дочь кардинала". Одну и ту же мелодию по крайней мере раз шесть. Хорошо?
Шарманщик улыбнулся и покачал головой:
- Не могу. Это ведь месье Галеви послал меня к вам. Однако он добрее вас: просил сыграть вашу увертюру только три раза.

Реплика...

ослушав "Героическую симфонию" Бетховена, Россини с восторгом воскликнул:
- Написав такую музыку, можно согласиться стать глухим, чтобы больше ничего уже не слышать, потому что услышать что-либо более прекрасное все равно уже невозможно!

Невозможное возможно, а жаль!

а концерте в доме русской графини Самойловой в Милане, куда был приглашен Россини, играл знаменитый виртуоз Ференц Лист. Специально для маэстро Лист сыграл переложение для фортепиано увертюры к опере Россини "Вильгельм Телль". Когда Лист закончил играть, Россини, задумчиво кивая головой, сказал:
- Это очень трудно, очень трудно! Только жаль, что это не невозможно...

Совсем наоборот

днажды у Россини спросили, есть ли у него друзья.
- Конечно есть, - весело ответил Россини. - Господа Ротшильд и Морган.
- Это которые миллионеры?
- Да, те самые.
- Наверное, маэстро, вы выбрали себе таких друзей, чтобы в случае необходимости иметь возможность занимать у них деньги?
- Напротив, - засмеялся Россини, - я называю их друзьями как раз потому, что они никогда не берут у меня денег взаймы!

Музыкальная аптечка

оссини был шутником не только в жизни, но и в музыке. Мало кому известно, что он написал такие популярные в свое время произведения, как "Маленький вальс касторки", "Четыре закуски и четыре десерта", " Прогулка из Пасси в Курбевуа, которую следует совершать гомеопатически", "Болеутоляющая музыка - прелюдия для рояля".

В хорошей компании

омпозитор Карл Мария Вебер часто критиковал Россини в своих газетных статьях. Впрочем, и "Героическую симфонию" Бетховена Вебер ругал на чем свет стоит.
Добродушный Россини острил по этому поводу:
- Я так горжусь тем, что он меня ругает. Ведь благодаря этой ругани я оказался в компании с Бетховеном!

"Новичок"

 последние годы жизни Россини настолько устал от музыки и славы, что перестал играть на рояле. Когда его спрашивали, что случилось с его руками, Россини отвечал:
- Ничего удивительного, я уже сыграл все, что можно, и начал все с начала. Теперь я пианист четвертого класса...

Знаменитые обеды у Россини

беды, которые давали "щедрые" супруги Россини, не стоили им практически ни копейки, ведь каждый приглашенный должен был... приносить еду с собой! Одни несли изысканную рыбу, другие - редкие фрукты... Ну а госпожа Россини без малейшего стеснения напоминала об этой "обязанности" гостям. Если же приглашенных было много (что было особенно выгодно в целях экономии), то количество принесенных блюд многократно превышало потребности одного обеда, и излишки с радостью прятались в хозяйский буфет - до следующего обеда...

Соавтор

аэтано Доницетти очень высоко оценивал оперу "Вильгельм Телль". Однажды в разговоре с Россини он хитро подмигнул ему и произнес заговорщическим шепотом:
- Однако признайтесь, у вас был соавтор!
- Вы ошибаетесь, дорогой друг, - удивленно отвечал Россини, - "Телля" я написал один...
- Нет-нет, не отрицайте, хитрец! - настаивал Доницетти. - Первый и третий акты написаны именно вами, но вот второй акт написал, несомненно, сам Господь Бог!..

Прекрасное и новое

олодой композитор обратился к Россини с просьбой оценить его новое сочинение. Просмотрев партитуру, маэстро с улыбкой сказал:
- Дорогой синьор, я увидел в вашем сочинении много прекрасного и нового!
- Благодарю вас! - обрадовался молодой человек.
- Однако, - продолжил свою мысль Россини, - то, что в нем прекрасно, - не ново, а то, что ново, - увы, не прекрасно!..

Встречное предложение

лава Россини было так велика, что ему решили поставить памятник при жизни: магистрат городка Пезаро - места, где родился маэстро - прислал к Россини делегацию, которая известила его о решении установить на главной площади бронзовую статую композитора.
- А сколько будет стоить эта статуя? - спросил Россини.
- 20 тысяч лир, - сообщили делегаты.
- Господа, лучше передайте эти деньги мне! Уверяю вас, за такую сумму я и сам охотно постою вместо памятника на постаменте, - решительно заявил композитор.

А причем тут я?

огда Россини хотел избавиться от докучливых посетителей, он всегда старался сделать это с улыбкой. Однажды кто-то из друзей попросил его послушать молодую девушку, учившуюся пению.
- Уверяю вас, маэстро, у нее сокровище в горле!
- Зачем же вы хотите привести ее ко мне? Отведите к хирургу, пусть извлечет это сокровище, а потом - к банкиру. Это же для нее большая удача.

Лучше бы наоборот

осле смерти композитора Мейербера его племянник сочинил в его честь траурный марш и обратился к Россини с просьбой выслушать и высказать о нем свое мнение.
- Ну как? - нетерпеливо спросил автор марша, едва окончив выступление.
- Ну что вам сказать? - вздохнул Россини. - Я полагаю, что было бы гораздо лучше, если бы дядюшка сочинил траурный марш в вашу честь...

Орудие пытки

ак-то в застольной беседе один хороший знакомый рассказал Россини о том, что некий коллекционер собрал коллекцию орудий пыток всех времен и народов.
- А было ли в этой коллекции фортепиано? - поинтересовался Россини.
- Конечно, нет, - с удивлением отозвался собеседник.
- Значит, в детстве его не учили музыке... - вздохнул знаменитый композитор.

Хороший совет

наменитые домашние музыкальные вечера Россини обычно проходили в зловещем полумраке. Огромную гостинную освещали всего лишь две жалкие свечи на фортепиано. Когда концерт подходил к концу, пламя уже лизало розетку подсвечника. Кто-то из друзей заметил композитору, что неплохо бы прибавить свечей, на что Россини, отличавшийся сверхэкономностью, ответил:
- А вы посоветуйте дамам надевать побольше бриллиантов, они сверкают в темноте и отлично заменяют освещение...

Хитроумные индюки

то-то из приятелей обещал угостить гурмана Россини индейкой, фаршированной трюфелями. Композитор долго и напрасно ждал приглашения... Однажды, встретив на улице приятеля, обещавшего угостить его изысканным блюдом, он напомнил ему о приглашении.
- Ах, простите, дорогой маэстро! В этом году трюфели никуда не годятся.
- Не верьте! - ответил маэстро. - Эти слухи распускают сами индюки...

Не стерпел...

удучи знаменитым на весь мир композитором, Россини славился также своим кулинарным искусством. Однажды он признался, что плакал всего два раза в жизни: когда впервые услышал игру Паганини и когда уронил блюдо макарон, приготовленных им самим.

Последняя шутка

 високосный 1868 год 29 февраля Россини последний раз праздновал свой день рождения. В его парижской квартире был устроен грандиозный праздник. Кто-то его спросил:
- Сколько вам лет, маэстро?
- Разве теперь припомнишь? Годы - как женщины. Их замечаешь, только когда они изменяют...

Календарь Спектаклей:
Новости

Informații la numărul de telefon: 022 24 51 04